• Леонид Фридкин

ВИД НА ВЫБОРЫ И ЛЕГИТИМНОСТЬ

Пост обновлен май 22

С объявлением даты президентских выборов, снова забулькают споры насчет участия в них. Мало кто сомневается, что результат мероприятия 9 августа известен заранее. Не имеет никакого значения, выдвинет ли оппозиция единого кандидата, появится ли новый перспективный персонаж или соберется колонна, шеренга, а то и фаланга старых знакомцев. Поэтому у неравнодушной части публики выбор небогатый. Можно поверить какому-нибудь выдвиженцу. Или решить, стоит ли вообще голосовать.

Достоинства и недостатки претендентов на кандидатство в президенты, кроме главного оппонента, не очень-то существенны. Гораздо важнее один критерий: вы камикадзе или спойлеры? В смысле всерьез собрались бороться или казачки засланные.

Герои засохшего на корню праймериз никакого доверия не вызывают. Может, другие добровольцы найдутся? Вполне допускаю, что в номенклатурных недрах зреют свои гроздья гнева. Возможно, среди чиновников, служащих верой и правдой, найдутся демулены, осознавшие, что издержки нынешнего правления запредельно превышают карьерные блага. Но как далеко они готовы зайти, и кто готов за ними пойти – пока не видно. В том числе и из свеженького манифеста г-на Цепкало. Там много хорошего о том, почему нам нужны перемены и куда Валерий Вильямович намерен вести Беларусь. Но ничего не говорится о том, как поднять шлагбаум. Для начала надо выиграть выборы в тех условиях, которые навязывает нынешний режим.

Но мы – публика неприхотливая. Услышим обнадеживающую тираду – готовы бросать в воздух чепчики и валом валить на выборы. Ведь теперь есть та интрига, ради которой стоит идти голосовать.

Не задавая неприятных вопросов.

Но без них не обойдется.

Допустим, заявится народ на выборы и проголосует ненадлежащим для власти образом.

Допустим, диванные повстанцы не воспламеняться новой надеждой и предпочтут неучастие, а, грубо говоря, бойкот. И он окажется достаточно массовым. На то есть объективные предпосылки. Задолго до вирусной пандемии немало людей твердо уверились, что нет смысла ходить на выборы. Слишком велика уверенность, что комиссии все равно посчитают так, как велено. Трудно что ли заполнить пустые бюллетени или просто вписать в протоколы заранее согласованные циферки. Впрочем, столь же велика вероятность, что так же подсчитают и при высокой явке, если граждане ненароком не там галочки поставят. Вдруг после закрытия участков специально дрессированные члены участковых избирательных комиссий проставят в списках подписи за неявившихся избирателей, крестики и птички в нужных графах избирательных бюллетеней, а потом сложат требуемое количество «проголосовавших» бюллетеней в аккуратные стопочки. А бюллетени «за» шибко шустрых кандидатов, посягающих на красоту власти, попросту выкинут.

И вкинут другие – с галочками в нужных местах.

В обоих случаях придется нейтрализовать кучку настырных наблюдателей, чтобы они не мешали процессу. Но это дело привычное, многолетними тренировками отточенное.

Разумеется, наблюдатели от евразийских союзников никаких нарушений не заметят и выразят восхищение наблюдаемым процессом. Конечно, ОБСЕ и тому подобные структуры такой процесс сочтут не соответствующими европейским стандартам. Выразят сожаление. А если очень рассердятся – то даже озабоченность. Потом те и другие перекусят и поедут восвояси.

Местные сторонники выборов тоже разбредутся по домам и залягут на диваны с чувством глубокого удовлетворения от выполненного гражданского долга. И будут по-своему правы: пришли, выразили, проголосовали – чего ж еще надобно? Баррикад не видать, идти некуда. И не за кем – демулены где-то подевались.

Сторонники бойкота останутся не менее удовлетворенными: они не стали соучастниками преступного жульничества, чем тоже выполнили свой гражданский долг. И тоже разбредутся по домам и диванам.

На следующий день поутру те и другие услышат по всем каналам, как главная тетенька по выборам объявит результат. Сами знаете какой. Оппозиционные демулены разбредутся по интернет-ресурсам рассказывать, что они сделали все, что могли. Самый настырный из них, возможно, накатает жалобу-другую и даже получит от компетентных органов вежливо-унылую отписку.

Вот и все протесты «в соответствии с законом».

На этом очередной политический цикл закончится. Несколько лет герои шоу смогут представляться на всяких посиделках «здрасьте, я экс-кандидат в президенты. Прошу любить и жаловать». Как ни странно, кое-кто действительно будет и жаловать, и любить.

И все они – экс-кандидаты, голосовавшие за них и бойкотировавшие/игнорировавшие выборы – примутся долго и витиевато рассуждать, о том, что «мы хотя бы попытались». А также о том, будет ли неучастие в выборах покушением на легитимность власти и того, кто ее персонифицирует, а участие – легитимизацией?

Кстати, что вообще это за штука такая – легитимность?

К примеру Макс Вебер утверждал, что легитимной является та власть, которая воспринимается в качестве таковой. Специально непроизносимый термин для этого явления сочинил – legitimitätsglaube.

Позднее Дэвид Битэм придумал 3 критерия признания легитимности:

а) соответствие правилам (легальная валидность);

б) оправдание правил в рамках общих убеждений;

в) выраженное согласие граждан.

Нелегитимной, по мнению Битэма, власть становится в случае нарушения или противоречия правилам, недостаточно легитимной – если возникает расхождение между правилами и разделяемыми убеждениями, или последних вообще нет. Если же согласие отзывается, то происходит делегитимизация власти.

Как быть, если власть сама устанавливает правила и меняет их по мере надобности, чтобы оставаться легитимной, основная масса граждане не слишком обременены убеждениями, а если что и выражают, то всенародное безмолвие, м-р Битэм не объяснил. Не по лени или недомыслию. Просто в его краях никогда памяркоўнасць не водилась.

В целом обе теории верны, хотя и числятся альтернативными.

Проще говоря, победитель выборов (угадайте кто) будет легитимным не потому, что назначенная им тетенька провозгласила очередную «элехантную» победу. А потому, что никто всерьез эту победу не оспаривает. Никак. Ни в назначенном победителем суде по придуманным победителем правилам, ни теми способами, которые вправе использовать подлинный источник государственной власти и носитель суверенитета, если представительные и иные органы злоупотребляют доверенными им формам. И если претенденты не обладают поддержкой этого носителя, то могут не утруждаться всякой суетой, собирать подписи, строчить программы и красоваться перед публикой.

С другой стороны, и сама публика не рвется оспаривать легитимность режима. Мы исправно платим налоги, на которые режим живет, соблюдаем установленные им законы, указы и постановления. Платим штрафы, если контролерам не нравится, как мы их соблюдаем. Получаем паспорта, права, справки и прочие жизненно важные бумажки у того же режима. Жалуемся ему на обиды, испрашиваем позволения на потребности. Идем за него воевать (если не удастся откосить). Кто-то попытается вести диалог с режимом, почтительно выслушивает выступления его ньюсмейкеров и тиражирует все ими сказанное, в том числе в независимых СМИ рядом со стенаниями о нелегитимности режима. Некоторые активисты даже просят у режима разрешения собраться на акции протеста против его нелегитимности.

Все это – самое натуральное поголовное соучастие в обеспечении легитимности режима. Который, получается, не такой уж нелегитимный. И даже наоборот.

Теперь живите с этим.

В древние-предревние времена вожак стаи, а чуть позже – вождь племени считался легитимным, пока никто не оспаривал его власть. Для оспаривания надо было бросить вызов и победить. Победитель занимал верхушку скалы совета или, позднее, трон. До следующего вызова. А в случае проигрыша – сразу на месте платил жизнью за свой экстремизм. Был вариант смещения, если вождь категорически не справлялся со своими обязанностями (Акела промахнулся). Но волк-одиночка редко уходит со скалы совета по-хорошему.

Нравы с тех темных времен слегка смягчились. Но смена авторитарной власти по-прежнему процедура весьма хлопотная и более-менее брутальная. Потому как даром ничего не дается, а дерево свободы не растет без регулярных взносов доноров.

Легко критиковать и насмехаться, скажут какие-нибудь энтузиасты. Кто-то хоть что-то делает, а ты прикалываешься вместо того, чтобы помогать.

Так помогать-то нечему. И некому. Ну, не доверяю я выдвиженцам, которые не в состоянии ни трезво оценить задачу, ни предложить вариант решения с шансами на успех. Делить шкуру неубитого медведя каждый может. А вот заставить косолапого эту шкуру сдать – совсем другая математика,

Точно также не доверяю широким трудящимся массам, одержимым национальной идеей «моя хата с краю». Ни в каком агрегатном состоянии, включая фазы обмена упреками в продажности за печеньки мировой закулисы или в ничегонеделании. Если уж в нынешней вирусной обстановке демонстрируется такое отсутствие инстинкта самосохранения, то какая уж там активность. А ведь реальную авторитарную власть нельзя сменить виртуальными мероприятиями. Так не бывает.

Мало «держать кулаки» за симпатичного кандидата. Надо быть готовым предъявить их в любом формате.

Чтобы добиться перемен делать «что-нибудь» недостаточно и так же бессмысленно, как и не делать ничего. Делать надо то, что надо, тогда, когда надо и так, как надо. Остановка за малым – знать, что-как-когда надо. Ну и заодно иметь силы, средства, рвение и умение. Если все это имеется – вперед, господа кандидаты. А публика за вами.

Или не огорчайте ее очередным разочарованием…

Просмотров: 0

Леонид Фридкин

Блог

© 2015  «Леонид Фридкин Блог» Сайт создан на Wix.com