Бухгалтерские нюансы поддержки по-белорусски


Менеджеры белорусских предприятий все еще пытаются понять, какую пользу им принесут меры поддержки экономики, предлагаемые указом № 143. Чем дольше читают, тем больше разочаровываются.

Она из самых странных мер поддержки, предлагаемых указом № 143 – разрешение однократно изменить выбранный организацией в соответствии с указом №504 порядок налогового учета курсовых разниц в течение 2020 года. Для этого нужно внести изменения в учетную политику, которые будут действовать в течение всего налогового периода.

Напомню, что Указом от 31.12.2019 № 504 "О курсовых разницах", опубликованным 5 января, организациям (за исключением банков (п. 3.2 ст. 13 НК)) было предоставлено право списывать в налоговом учете курсовые разницы, возникающие в течение года, по выбору плательщика:

- либо в обычном порядке, предусмотренном НК (ч. 2 п. 2, п. 3.20 ст. 174, ч. 2 п. 2, п. 3.26 ст. 175 НК),

- либо в последнем отчетном квартале соответствующего года.

Напомню, в соответствии с подп. 3.20 ст. 174 и подп. 3.26 ст. 175 НК, курсовые разницы, возникающие при пересчете выраженной в иностранной валюте и (или) белорусских рублях в сумме, эквивалентной определенной сумме в иностранной валюте, стоимости активов и обязательств, включаются в состав внереализационных доходов и расходов на дату признания в бухучете. То есть, на дату совершения хозяйственной операции, а также на последний календарный день месяца. В каком квартале возникли курсовые разницы – тогда и налогом на прибыль облагаются. Указ № 504 предложил альтернативный вариант – списывать курсовые разницы единовременно за последний отчетный период соответствующего календарного года.

Такая норма позволяла более-менее нивелировать положительные и отрицательные курсовые разницы, возникающие при колебаниях национальной валюты. Например, если у какой-нибудь отечественной компании на валютном счете есть миллион долларов, то из-за девальвации у нее образуется прибыль просто потому, что каждый доллар становится в рублях дороже. А если у другой компании имеется задолженность на тот же миллион, скажем, по валютному кредиту, то в рублях она вырастет, потому что для оплаты долга нужно больше рублей.

В I полугодии 2019 г. в период существенного укрепления рубля это казалось актуальным. Но, как я уже объяснял ранее, указ № 504 безнадежно опоздал и особой пользы бизнесу не принес. Курсовые разницы, образовавшиеся в 2019 г., в любом случае вошли в налоговые декларации прошлого года, причем совершенно неважно – за первый-второй или за 4-й квартал.

В этом году ситуация изменилась. Одна девальвация уже состоялась: с 2,1085 $/BYN на 1 января до 2,6396 на 24 марта. Затем произошел отскок до 2,4687 $/BYN на дату подписания указа № 143. Что будет дальше: произойдут ли новые обвалы, пойдут ли затем курсы вверх или опять рухнут – никто толком не знает.

Но гадать можно только один раз. Поскольку Указ № 143 вступает в силу с 26 апреля тг., а действие рассмотренных норм распространяется на отношения, возникшие с 1 апреля 2020 г. Но изменение порядка налогового учета курсовых разниц в учетной политике будет действовать в течение всего налогового периода, то есть с 1 января по 31 декабря 2020 года. Но переигрывать квартальный порядок списания курсовых разниц на годовой или наоборот – это как в рулетку играть.

Если рубль укрепится, обладателям валютных обязательств все равно придется рано или поздно доплатить налог на прибыль, а владельцам валютных активов – уменьшить его или даже показать убытки, а если рубль снова упадет – то наоборот. Если таких взлетов и падений будет несколько, часть убытков перекроется прибылью от укрепления рубля или наоборот. Отсрочка в несколько месяцев кому-то позволит временно сэкономить кое-какие оборотные средства в течение года. Но таких будет немного. К тому же у многих компаний и так хватает причин для убытков – из-за ситуации на внешних рынках, государственного регулирования цен, падения внутреннего спроса. Бухгалтерские манипуляции с курсовыми разницами тут мало помогут.

К тому же, предусмотренные указом № 504 варианты применяются только для целей налогового учета. Новый указ тут ничего не меняет. В бухгалтерском учете курсовые разницы по-прежнему должны отражаться на дату совершения хозяйственных операций или на конец отчетного периода, как требует НСБУ № 69. Так что, если откладывать включение курсовых разниц в состав внереализационных доходов/расходов «внутри года», придется отражать в бухучете отложенные налоговые активы и обязательства. Так что улучшить, хотя бы на бумаге свои финансовые показатели не получится.

Маска, я тебя знаю

Еще среди мер поддержки экономики затесалось разрешение уменьшать налогооблагаемую прибыль на сумму выданных работникам средств защиты (маски, перчатки) и дезинфекции для предотвращения распространения коронавируса COVID-19.

Ну, спасибо. Только помнится, статья 55 Трудового кодекса и без того прямо обязывает нанимателя не только обеспечивать на каждом рабочем месте условия труда, соответствующие требованиям по охране труда, но и принимать необходимые меры, обеспечивающие сохранение жизни, здоровья и работоспособности работников в процессе трудовой деятельности, обеспечивать их различными средствами индивидуальной защиты, а также принимать необходимые меры по профилактике и предупреждению не только профессиональных, но и других заболеваний. Но если наниматель обязан исполнять перечисленные требования, то зачем нужно специальное указание о том, что расходы на все эти цели включаются в затраты для целей налогообложения именно для предотвращения распространения коронавируса? Неужто ни администрация предприятий, ни налоговики сами не могли бы сообразить, что расходы на выдачу масок, перчаток и антисептика для рук - это расходы на охрану труда? А потому их место в затратах всегда вполне обосновано без всякого указа – исходя из определения затрат в п.1 ст. 170 НК. Независимо от вида деятельности организации и трудовых обязанностей работников. Именно в затратах, в полном объеме и с любой даты, а не в составе внереализационных расходов с 1 апреля по перечню, определенному Минздравом (подп. 2.5 п. 2 Указа N 143).

Да и подоходный налог с данных средств можно было не начислять в соответствии с подп. 2.4 п. 2 ст. 196 НК с самого начала. А потому подп. 2.9 п. 2, ч. 2 п. 28 Указа N 143, действующие с 1 апреля тг. попросту дублируют уже существующие нормы. Кстати, насчет взносов в ФСЗН и Белгосстрах в указе № 143 ничего не сказано. Почему-то тут сообразили, что нет смысла дублировать нормы п. 5 ст. 55 ТК, абз. 2 ст. 2 Закона N 138-XII и ч. 1 п. 2 Положения N 1297).

Такова отечественная налоговая система. Вроде, все должно быть ясно и определено, но откуда-то в самый неподходящий момент берутся непонятки. Которые, хотя и должны толковаться в пользу плательщика, но мало ли кто и как истолкует. Поэтому бухгалтеры все время боятся недобдеть, а контролеры рвутся перебдеть. В итоге даже по вполне очевидным вопросам часто никто не рискует принять даже самое очевидное и вменяемое решение без прямого соизволения на высочайшем уровне. Ну, вот, мы его получили. Можно спокойно выдохнуть через маску, махнуть перчаткой и промакнуть антисептиком особо чувствительные к поражению вирусом места. А потом перетасовать еще разок курсовые разницы – до следующего приступа стабильности рубля…

Мы в соцсетях
  • Иконка Twitter с длинной тенью
  • Иконка Google+ с длинной тенью
  • Иконка Facebook с длинной тенью
  • Иконка LinkedIn с длинной тенью

Леонид Фридкин

независимый экономист

© 2015  «Леонид Фридкин Блог» Сайт создан на Wix.com