Поговорили


Однажды в пятницу группа бухгалтеров встретилась у дверей очень высокой инстанции.

- Какими судьбами? - спросил коллег Василь Семеныч Кредитовский.

- Да вот, пригласили, - гордо ответил Сергей Сергеич Дебетович, - на заседание ТПРУНЯ.

- И меня, - хором подтвердили Марь Ивана Балансова и юноша с наивными глазами.

- А че там делать будем? - хмыкнул юрист Вован Юрич Постатейный, - и че это за контора такая, знаете?

- Не знаю, - честно признался Сергей Сергеич, - может они о наших проблемах радеют.

- И я не знаю, - засмущались остальные, - но, может, чего хорошего скажут...

- Ну так я вас просвещу, - снизошел Вован Юрич, - ТПРУНЯ - это Тройка По Расплющиванию и Упрощению Налоговых Явлений - авторитетный административный орган, неукоснительно выполняющий свои функции.

- А чем они там занимаются, - полюбопытствовала Марь Ивана, - че упрощают и плющат?

- Все, что найдут, - пояснил Вован Юрич, - Скажем, расплющивание - это такая поганая дрянь, когда сложные и многогранные экономические процессы низводятся авторитетными лицами до уровня плоской и бессодержательной справки на 1 страничку. А упрощение - есть категорическое непризнание за сложными экономическими вопросами права быть сложными и замена правильных решений этих вопросов простыми, независимо от содержания и последствий.

- Ну зачем так, - возразил юноша - молодой магистр MBА Эдик Кибербушкин, - люди ж стараются. Чтобы лучше было.

- Ага, - отрезал Вован Юрич, - Да ты хоть знаешь, что есть налоговые явления? Это такая хрень, когда определяют непостижимое через неизвестное, чтобы обложить его налогами.

- А могут ли решения тройки быть обжалованы? - с надеждой просил Василь Семеныч.

- Могут. Но результаты не воспоследуют. Как мордой об стол.

- Авторитетны ли для тройки рекомендации и пожелания заинтересованных сторон? - уточнил Сергей Сергеич.

- Нет, не авторитетны. Хотя и рассматриваются, - пояснил Вован Юрич, - С последующим помещением в корзину для бумаг. Так что идите без меня.

Ровно в 10 часов гости робко вошли в зал заседаний. Затем в приемной послышались шаги, дверь распахнулась, движимая властной рукой и в комнате появилась тройка в полном составе + научные консультанты и секретарша.

Альберт Всеволодович Канюков проследовал на председательское место, сел и уткнулся в папку из багровой, словно после бани кожи. Маститый академик околовсяческих наук Питирим Спиридонович Нечипуренко, брякнув костями, устроился одесную от АВ, высоко задрал седые брови, чем придал себе выражение бесконечного изумления и неодобрения, и захрапел.

Алексий Никодимович Вепрь сел ошуюю от АВ, бегая выпученными глазами по углам зала.

Иоанн Симеонович Фуфко демократически устроился в середине ряда стульев, стоявших вдоль длиннющего стола, и стал что-то черкать в ежедневнике. Напротив него уселся научный консультант доцент Института загибающейся экономики Диоген Ромуальдович Выпендрелло, выложил перед собой 5 пожелтевших томов краткого курса марксистско-ленинской политэкономии и огромный «Экономикс» собственного сочинения.

- Очередное заседание тройки объявляю открытым – сказал АВ, - Докладывайте, Марфа Васильна.

- На повестке дня 1 вопрос – прожужжала пышная секретарша, - проект о поквартальном декларировании и уплате НДС по просьбам флагманов индустрии и предпринимательских союзов.

- Какие будут предложения? - вопросил АВ.

- Поднять прирост темпов роста! – вдруг взревел академик спросонок, - хозрасчет на первую-вторую модель р-р-р-расчитайсь!

- Есть предложение, - сказал Фуфко, - пусть научный консультант произведет экспертизу и выскажет свое мнение.

- Случай очевидный, упрощение налицо, рационализация… однако эмпиричскае савпадение параболического распределения случайной функции не могеть служить… забормотал Выпендрелло, - Если не забяспечыть тшательнае исследванье силами нашаго НИИ. Разумеется, нада бюджетнае финансирванне – мильенав 30, а лучше 55. У нас уже и смета заготовлена.

- Ближе к делу, - пришпорил ученого Фуфко.

- Эта… промямлил доцент, - так я ж и гавару – ценное предложение. Элемент бифуркации, кумулятивная синергия мультипликаторов… Но без фундаментальных иследваний силами нашаго НИИ… У меня тут и смета…

- Невозможно такое допустить, - перебил его Вепрь, - это приведет к недопослуплению денег в бюджет, неполной загрузке работников МНС и внесет расхлябанность и легкомыслие в ряды бухгалтеров. Оратор ткнул перстом в жмущихся у стены приглашенных бухов.

- Зачем же так, - вступил в дискуссию Василь Семеныч, - мы народ дисциплинированный. И ежели поквартально, то всем работать будет легче.

- Размечтался, - хмыкнул Фуфко, - народу только дай поблажку - все развалят.

- Народу не нужны редкие встречи и долгие проводы – поддакнул Вепрь, - народу нужны простые инстрюкции и штраф от 100 до 500 базовых величин за любое их неисполнение.

- Да как при такой налоговой нагрузке работать? - пискнула Марь Ивана, - по 110 копеек с рубля платим!

- Нечего тут жонглировать цифрами и разводить кейнсианство и монетаризьм, - оборвал ее Фуфко.

- Пусть СМИ проект напечатают для всеобщего обсуждения, - выкрикнул Сергей Сергеич, хватая папку - чтоб народ знал...

- Грррм! - сказал АВ и все стихло, – Затруднение? Марфа Васильна, устраните.

- Так точно, - прожужжала дама, строевым шагом подошла к Дебетовичу и выдрала у него из рук проект.

- Мы гардианы экономики, - возгласил АВ, подводя итог, - мы – беспристрастные фильтры, оберегающие социальную ориентацию нашей экономической модели от стихии рынка, жупелов приватизации и ужасов либерализма. Для нас существует лишь одно мерило: простота. Простота отделена от добра и зла, здравого смысла и логики. Есть простота – значит не надо задавать вопросы и давать на них ответы. Но не может быть простоты столь совершенной, чтобы ее нельзя было упростить еще больше. Поэтому простота недостижима, но упрощение - вечно. А для вечности 1 месяц или 3 - несущественно. Потому облагать налогами будем просто - каждый день.

Бухи чувствовали, что на них надвигается какая-то тоска, будущее их заполнялось каким-то унылым кошмаром, непоправимым и иррациональным Кредитовский пытался на пальцах объяснить, как проще принимать НДС к вычету, Дебетович бормотал о невменяемости правил заполнения ТТН, Сальдова хныкала о 165 формах статотчетности, которые непонятно как заполнять. Кибербушкин по молодости взывал к теням Фридмена и Лаффера, поминал Самуэльсона и Портера, цитировал передовицы из ЭГ и инструкции МНС, намекал на инвестиционный климат и мировой опыт, но все было вотще. АВ эта сцена, наконец, утомило, и, прервавши оратора, он произнес:

- Неубедительно.

- Прошу приглашенных лиц очистить помещение, - прожужжала Марфа Васильна, поняв намек.

Бухи очистили. Дебетович кряхтел и растирал замлевшие мозги. Кредитовский шипел: «В тень уходить, Зарплату - в конвертах, выручку – налом, нал – мимо кассы. Обналичить и тикать, а не турусы разводить». Марь Ивана хныкала: «Я-то чего поперлась сюда? У меня отчеты не составлены, муж не кормлен, акты не сверены, белье не глажено». Кибербушкин поддерживал ее под локоть, сочувственно кивая.

У крыльца их ждал Постатейный.

- Устали? – без жалости спросил он.

- Ужасно, - признался Эдик, – Говорить устал, слушать устал, и, вдобавок, кажется, я сильно поглупел. Заметно?

- Нет, - ответил Вован Юрич, - ты и раньше такой был. А иначе не поперся бы на эту посиделку…

Мы в соцсетях
  • Иконка Twitter с длинной тенью
  • Иконка Google+ с длинной тенью
  • Иконка Facebook с длинной тенью
  • Иконка LinkedIn с длинной тенью