Эти дни в истории: раскрепощение и хартия


Самая забавная новость последних дней – «решение о раскрепощении предпринимательской инициативы в Беларуси примут на уровне Президента». На полном серьезе. Авторы этого текста, ни на минуту не задумываясь, поставили тяжкий диагноз белорусскому бизнес-климату и правовой системе.

А что, собственно, не так? Ведь именно с «так называемым раскрепощением предпринимательской инициативы» связывается столько надежд на улучшение белорусской экономики. Но, люди добрые, сколько можно? Директиву № 4 "О развитии предпринимательской инициативы и стимулировании деловой активности в Республике Беларусь" приняли 6,5 лет назад. Теперь почему-то приходится снова принимать огромный пакет декретов-указов, чтобы раскрепостить все, что развивали-стимулировали столько времени? Это сколько же закрепощения накопилось? И это при том, что 30 лет назад еще при живом СССР был принят закон «О предприятиях», которым собирались освободить творческий потенциал социалистического производства? А еще раньше, совсем давно, вышел манифест «О Всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей». Тоже пакет был немалый: положение о крестьянах, выходящих из крепостной зависимости, включало аж 17 законодательных актов.

Подписавший тот манифест и прочую нормативку, Александр II жил и творил в Петербурге 156 лет назад. Но, как и тогда, сейчас на берегах Свислочи работает лишь один институт – сам глава государства. Все остальные органы выполняют сугубо технические функции: получили указание – подготовили решение – представили на утверждение – отчитались за исполнение или, если не повезло – за неисполнение. И все это время мы продолжаем убедить кого-то (и самих себя), в благоприятности отечественного инвестиционного климата. Но приток капитала из-за рубежа остается более чем скромным, да и свои предприниматели не слишком торопятся. При этом все чаще можно услышать, что их не устраивает не столько нехватка льгот и большие налоги, сколько отсутствие эффективных правовых институтов. Таких, которые не заменяются пачками декретов и указов, даже содержащих различные льготы при открытии бизнеса и строительстве каких-нибудь объектов.

Судя по представленным для обсуждения проектам, некоторые требования будут смягчены, а некоторые барьеры снизят планку, а то и исчезнут. Но предприниматели по-прежнему останутся беззащитными перед государством. Полученные поблажки могут в любой момент исчезнуть, а отношение чиновников изменится при первом же сигнале «сверху». Всерьез, а главное – необратимо изменить отношения бизнеса и власти может только преобразование базовых институтов: непосредственное участие предпринимательского сословия в законодательных органах, независимый суд признание приоритета частной собственности и т.п. Но формат решения таких вопросов выходит далеко за рамки заседаний общественно-консультативных советов. «круглых столов» и рабочих групп.

Например, 502 года назад в Англии почти случайно родился один из фундаментальных конституционных принципов. Бароны и высшее духовенство, устав терпеть безобразия короля Иоанна Безземельного (младшего брата знаменитого Ричарда Львиное Сердце), сообразили, что жизнь будет куда комфортнее и стабильнее, если ограничить самоуправство его величествавысшей власти. Сказано-сделано. 15 июня 1215 г. группа феодалов встретилась с королем Иоанном на лугу в Раннимеде, недалеко от Виндзора, и предъявила ему на пергаменте короткий документ, получивший поздеее назавание Magna Carta - Великая хартия. История умалчивает, какими аргументами вассалы уговорили или заставили своего короля ее подписать. Известно, что этому событию предшествовала долгая и кровавая борьба, не прекратившаяся и позднее. «Диалог власти и общества» был тогда весьма бурным. Уговоры обычно подкреплялись размахиванием острыми стальными предметами.

Впрочем, для нас важны не детали средневековых смут, а одно конкретное их последствие – сама «Великая хартия вольностей». На самом деле это был договор, включавший 61 пункт, посвященных различным вопросам управления, соблюдения феодальных обычаев и условий выполнения отдельных обязательств. В хартии письменно фиксировалось удовлетворение феодальных жалоб, предъявленных королю баронами. В основном речь шла о сохранении некоторых привилегий, уточнения условий военной службы и порядка уплаты ряда налогов. Но заодно в хартии вскользь были упомянуты вещи, которые определили главный вектор развития современного права. В следующие сто лет ее переиздавали 38 раз, кое-что меняли, но важнейшие положения оставались неизменными: закон стоит выше любого начальника.

Всегда и везде люди, имеющие хоть какие-то имущество, заинтересованы в его защите от чужих притязаний. Случилось так, что в Англии средневековые феодалы, заботясь о своих интересах, фактически закрепили в «великой хартии» права всех классов собственников. Со временем английское общество оценило этот шаг, научилось уважать и ценить защищающий их закон, отстаивать «клятвенно обещанную и дарованную свободу» для каждого человека и для всего общества. А потому через 400 лет после встречи на лугу попытка посягнуть на права своих подданных стоила Карлу I Стюарту головы.


"…Когда в последующие столетия государство, разбухшее от собственной власти, предпринимало попытки грубого попрания прав и свобод своих подданных, то именно к ней {хартии} снова и снова обращали они свой призыв и всегда одерживали победу".

Уинстон Черчилль


Принуждая короля подписать хартию, магнаты XIII в. меньше всего думали о таких последствиях, не говоря уже о парламентской демократии и правах человека. Эти понятия в ней даже не упоминаются. Зато в хартии заложен принцип, сыгравший колоссальную роль в становлении общественных институтов: верховенство права. Забавный парадокс: мятежные английские бароны требовали от высшей законной власти, чтобы закон был превыше всего и никто, включая короля, не мог его нарушать. Связав высшую власть законом, англичане создали доктрину, из которой впоследствии выросло то, что мы называем сегодня английским правом. Тем самым, являющимся основным фактором, определяющим выбор инвесторов. Это такое право, без которого не работают никакие финансовые инсрументы и механизмы, которые наивно надеются внедрить у нас указами и декретами. Но главный элемент раскрепощения бизнеса, развития фондового рынка и инвестиционноых процессов - такая правовая система, где закон – не дышло, которым автократор со своей вертикалью вертят по своему усмотрению.

Кстати, такое право пытались заложить в Беларуси в XVI веке авторы «Статута Белорусско-Литовского». Но недотянули. Теперь делаются попытки наверстать упущенное в давно минувшие дни - разумеется, без резких движений, присущих средневековой шляхте. Привычка ждать раскрепощения и иных поблажек свыше укоренилась слишком глубоко, а верховенстве прав забыто так прочно, что его ценность почти не ощущается. Так что ждем декретов с указами...

Мы в соцсетях
  • Иконка Twitter с длинной тенью
  • Иконка Google+ с длинной тенью
  • Иконка Facebook с длинной тенью
  • Иконка LinkedIn с длинной тенью

Леонид Фридкин

независимый экономист

© 2015  «Леонид Фридкин Блог» Сайт создан на Wix.com