ЧАСОВЫЕ КРИЗИСА: кто вооружен МСФО – предупрежден об убытках

Редкий день проходит без того, чтобы какой-нибудь «эксперт» не постращал публику грядущим экономическим кризисом, массовыми дефолтами, цунами инфляции, девальвации и прочими ужасами. На фоне столь увлекательного хоррора профессиональное обсуждение рисков и способов борьбы с ними выглядит скучно. Какой-то кризис, конечно, рано или поздно придет. И профессионалам нужно быть готовыми к встрече с неизбежным во всеоружии. Например, авторы МСФО со времен прошлого кризиса подготовили ряд бухгалтерских мер раннего оповещения о будущих проблемах.

Оценке этих мер была посвящена очередная конференция Комиссии по ценным бумагам и биржам (SEC) и Совета по надзору за учетом в публичных компаниях (PCAOB), которую традиционно в декабре проводит Американский Институт сертифицированных бухгалтеров (AICPA). Выступая на ней, глава Совета по международным стандартам финансовой отчетности Ханс Хугерворст рассказал о поправках, принятых в МСФО в ответ на крупнейший глобальный кризис в современной финансовой истории, потрясший рынки 10 лет назад.

Чтобы нечто подобное не повторилось, нужно ничего не забывать и многому научиться. Однако, пока экономика на подъеме, многие рассуждают иначе: “Кризис? Нет, не слышали”.

Поэтому полезно кое-что напомнить. Для начала, взглянем на динамику мирового долга ($ трлн. по секторам).

Суммарный долг потребителей, банков, корпоративного сектора и правительств на момент, когда разразился кризис, составлял 269% мирового ВВП. Многие экономисты считают эту нагрузку одной из главных причин финансового кризиса. Но после его завершения избыточный долг продолжил расти. В текущем году он достиг уже 318% ВВП, что на 50% больше, чем в исторический рекорд 2008 года.

Одна из основных причин – увеличение размера государственного и корпоративного долга, особенно “мусорной” категории. Получается, что Беларусь, при всех особенностях своей «уникальной» экономической модели, здесь просто одна из многих. Причем в других странах ситуация еще круче. К примеру, в США госдолг превышает 100% ВВП.

В увеличении долга немалую роль сыграла денежная политика центральных банков, которая сделала заимствования очень дешевыми Это породило своеобразные качели: «процентные ставки - вниз, долг - вверх”.

Чего тогда удивляться, что рынки реагировали, бесконтрольно накапливая их? Можно сказать, что мировая экономика загнала себя в классическую долговую ловушку: долг высокий, потому что процентные ставки низкие, а те низкие, потому что долг высокий. С низкими ставками можно обслужить очень большой долг. Поэтому трудно вернуться к “нормальности”.

У нас в Беларуси процентные ставки все еще высоки, но куда ниже, чем год-два назад. Так что стоит ли удивляться, что к закредитованности белорусских предприятий добавляется рост кредитов населения.

За рубежом центробанки пытаются быть столь же осторожными с повышением ставок, как Нацбанк РБ – с их снижением. Все опасаются инцидентов. Но их все равно не избежать, предупреждает Х. Хугерворст. Маловероятно, что удастся выплатить такой огромный объем долга “по старинке”. Поэтому вопрос № 1 – о готовности к следующему кризису весьма актуален.

Другой вопрос – готовы к кризису бухгалтеры. После событий 2008-2009 гг. IASB, и Американский Совет по стандартам финансовой отчетности (FASB) заменили учетную модель понесенных потерь на модель ожидаемых потерь. Первая, как показал кризис, давала банкам слишком много свободы, позволяя слишком надолго откладывать признание неизбежного уменьшения стоимости. Оговоренная в IFRS 9 новая модель ожидаемых потерь несколько отличается от используемой FASB модели текущих ожидаемых потерь (CECL – current expected credit loss). Но обе обеспечивают более быстрое признание потерь, чем прежде.

Именно этого требовали от бухгалтеров власти стран G20 в 2010 году. Теперь у них и многих участников рынка другая претензия: не усугубит ли новый подход процикличность кризиса. Ведь если экономические ожидания излишне пессимистичны, это может распугать инвесторов. Получается, что если IFRS 9 требует превентивно признавать убытки по кредиту в момент, когда по нему существенно возрастает риск, то ухудшается положение в нижней точке экономического цикла. Но в IASB уверены, что модель ожидаемых потерь уже привела к улучшению кредитного качества в мировой банковской системе. Удалось ограничить неосторожную корпоративную политику в отношении вознаграждений и распределения дивидендов, а также “очистить” банковские балансы. Это способствует более быстрому восстановлению кредитования для финансово здоровых организаций.

А теперь, внимание. IASB считает, что пролонгированное сохранение на балансе видимости долгов только удлиняло рецессию в ряде стран. С другой стороны, более быстрое признание по модели ожидаемых потерь означает и более быстрый удар по банковскому капиталу. Поэтому так важно обеспечить адекватный уровень капитализации к следующему кризису.

Капитализация мировой банковской системы за 10 лет существенно возросла. Нормативный капитал увеличился с 13% до 20%. Но тут есть свои нюансы. Взглянем на нескорректированное бухгалтерское значение капитала. Нижняя светло-зеленая линия – это отношение базового капитала первого уровня к общим активам. Оно увеличилось с 2.5% в 2007 г. вдвое, превысив 5% в 2017-м. Но удвоение начиналось с экстремально низкого уровня. Учитывая взрывной рост долга вне банковской системы, неясно, хватит ли такого усиления банковского капитала. Не случайно многие банковские регуляторы нервничают по поводу IFRS 9.

К примеру. Нацбанк РБ удовлетворен итогами тестирования качества активов белорусских банков. Но проверку временем это качество еще не прошло. Тем временем, белорусское правительство позволяет не начислять амортизацию и прятать «по углам» курсовые разницы, уверяя, что это способствует улучшению финансового положения предприятий. На самом деле происходит занижение убытков и завышение чистых активов, т.е. сокрытие факторов, свидетельствующих о возможном приближении кризиса.


IFRS 17 и финансовая стабильность

Страховая индустрия, из-за долгосрочной природы своих обязательств, менее уязвима перед неожиданными кризисами ликвидности, чем банки. Но, с учетом их обширных владений финансовыми активами, у страховых компаний также нет иммунитета перед системными рисками. Их бизнес-модели уже сейчас находятся под давлением в условиях низких процентных ставок.

В отчете о мировой финансовой стабильности за 2017 год МВФ предупредил, что в погоне за доходностью страховщики взяли на себя дополнительный кредитный риск и риск ликвидности. В частности, у страховых компаний существенно выросла доля «мусрных» облигаций. Замечу, что это предупреждение в той же (если не большей) мере касается белорусских инвесторов. МВФ также указал, что страховая отрасль “страдает от нечетких и неоднородных финансовых раскрытий и недостатков в режимах учета и регулирования”.

Поэтому появился новый стандарт по договорам страхования – IFRS 17. Он предусматривает, что страховые обязательства, включая стоимость опционов и гарантий, будут надлежащим образом измеряться и регулярно обновляться, что обеспечит гораздо лучшую информацию. Накопленные неустойчивые позиции по капиталу станут очевидными гораздо быстрее. Американский FASB внес аналогичные изменения в свои стандарты, заменив там измерения по исторической стоимости измерениями по приведенной стоимости.

Кроме того, IFRS 17 не допускает досрочного признания прибыли. Выручка будет признаваться только вместе с оказанием услуги. Это намного более осторожный подход по сравнению с принятым в некоторых странах, где прибыль по долгосрочным контрактам можно признавать наперед.

Считается, что IFRS 17 улучшит информацию о трендах прибыльности, поскольку не позволит неограниченно усреднять страховые контракты разных выпусков. Это не позволит страховым компаниям «смешивать» доходность таких договоров: более старых и прибыльных с менее прибыльными новыми для сглаживания итогов в отчете P&L. Кстати, старые договоры могут даже поспособствовать сегодняшней выручке, хотя срок их действия давно истек.

Такая практика сильно затрудняет инвесторам оценку динамики выручки компаний, а также создает простор для безответственного распределения дивидендов при ухудшении результатов. Теперь IFRS 17 потребует от страховщиков четко различать различные выпуски страховых контрактов, и если прибыли начнут снижаться, это будет намного заметнее.

Гудвил

Самый неоднозначный вопрос во всех учетных стандартах – гудвил. Эту тему IASB активно обсуждал по ходу исследования практики применения стандарта по объединению бизнеса IFRS 3 (американский аналог – FAS 141-R). Оказалось, что обесценение практически неизбежно оказывается “слишком маленьким и признанным слишком поздно”. Зачастую приобретенный гудвил оказывается “затененным” внутренне сгенерированным гудвилом у компании-приобретателя. Ведь большинство приобретателей успевает «вырастить» у себя нематериальные активы вроде технологических ноу-хау или отношений с клиентами. Гудвил до приобретения в прежней части бизнеса не признается на балансе, но все равно содержит реальную стоимость.

В Беларуси редко встречаются вопросы учета гудвила, хотя законодательство допускает его существование. Однако существуют иллюзии, что отечественные предприятия можно было бы оценить гораздо дороже с помощью этого актива.

Даже в результате неудачных приобретений стоимость объединенного бизнеса все равно может оставаться выше, чем по балансу, если ее поддерживает внутренне сгенерированный гудвил прежнего бизнеса. Нужно “промотать” весь этот излишек, пока станет заметным обесценение приобретенного гудвилл. Поскольку излишек может быть очень большим, результаты теста на обесценение неизбежно проявятся слишком поздно и недостаточно.

В IFRS 3 уделяется большое внимание обесценению как способу подтвердить реальность существования гудвилла. Но все равно остается высокий риск, что гудвилл просто продолжит накапливаться с течением времени, когда экономическая ситуация этого уже не оправдывает.

Накопление гудвилла после финансового кризиса 2008-2009 гг. удвоилось.

Кончено, сами по себе нынешние правила учета гудвилла не способны спровоцировать новый мировой кризис. Прежде всего, регуляторы обычно не учитывают гудвилл в своих требованиях к капиталу, поэтому нормативный капитал нельзя завысить с его помощью. Но все равно плохо, когда балансы способны дать слишком оптимистичное представление о финансовом состоянии компании.

Например, вот фрагмент баланса одной компании, которая недавно обанкротилась. Без гудвилла ее чистые активы были бы отрицательными, но не все инвесторы умеют смотреть “свозь” цифры. Между тем, в случае нового финансового кризиса огромные суммы гудвилла мгновенно обесценятся, добавив суматохи на рынках капитала.

Поэтому Совет по МСФО предлагает стейкхолдерам рассмотреть новые подходы к гудвилу, призванные улучшить раскрытия, чтобы инвесторы смогли точнее судить, насколько на самом деле успешным было приобретение. Совет также может рассмотреть раскрытия, показывающие, как будет выглядеть баланс компаний без гудвила. Это станет “звоночком” для тех инвесторов, которые не всегда внимательно отслеживают реальную успешность приобретения.

Теперь IASB намерен обсудить возможность возврата к амортизации гудвила, которую с 2004 г. заменили тестированием на обесценение. Впрочем, это не значит, что такой возврат действительно произойдет. Информативная ценность амортизации в действительности небольшая: слишком трудно объективно оценить продолжительность периода ее начисления. Гудвил – это актив с неограниченным сроком полезного использования. В отдельных случаях его стоимость может даже не убывать со временем. Поэтому в IASB полагают, что многие инвесторы просто будут игнорировать амортизацию: пользы от нее мало, а затруднений с начислением много (впрочем, и с нынешним механизмом их хватает). К тому же отказ от обесценения еще больше затруднит конвергенцию МСФО и US GAAP.

Итак, руководство IASB видит сегодня колоссальные риски для мировой экономики и подозревает, что глобальная финансовая система не слишком готова к следующему кризису. Зато последние улучшения в бухгалтерских стандартах, в т.ч. IFRS 9 и 17, способны обеспечить больше прозрачности, что поможет инвесторам и регуляторам намного раньше идентифицировать риски. Это самый лучший вклад в финансовую стабильность, которую способен принести финансовый учет, считает IASB.

Белорусские методологи бухучета тоже могут внести аналогичный вклад в финансовую стабильность отечественной экономики. Если общественные интересы перевесят сиюминутные ведомственные потребности и бюрократические конъюнктуры...


Мы в соцсетях
  • Иконка Twitter с длинной тенью
  • Иконка Google+ с длинной тенью
  • Иконка Facebook с длинной тенью
  • Иконка LinkedIn с длинной тенью

Леонид Фридкин

независимый экономист

© 2015  «Леонид Фридкин Блог» Сайт создан на Wix.com