top of page

Как спасти маленький рынок от большой конкуренции

Активисты делового сообщества снова жалуются на жизнь и призывают как-то изменить ситуацию в сфере торговли. А то продавцы разбегаются и вообще, если ничего не менять, могут возникнуть тяжелые последствия для всей экономики. Не подумайте только, что жалобщики дерзают ругать госрегулирование цен. Конечно нет. Просто деликатно намекают, что надо бы позволить торговле работать рентабельно и повышать зарплаты. А поскольку на отмену постановления № 713 надеяться не приходится, представители малого торгового бизнеса пытаются уговорить власти как-то ограничить конкуренцию со стороны торговых сетей, особенно иностранных.

Частники призывают защитить рынок от конкуренции административными мерами не в первый раз. Те же люди почти теми же словами жаловались на тяжкую жизнь и натиск сетей без малого 7 лет назад. С тех пор роль и место МСП вообще и малых форматов торговли в частности, оценивались по-разному на словах и на деле, а условия их работы неоднократно менялись в разные стороны. Если перейти от эмоций к статистике, всплывают забавные тенденции. Скажем, в 2019 г. торговля занимала 9,4% белорусского ВВП и 0 п.п. его прироста, а в 2020-м – даже минус 0,1 п.п., а в прошлом году – 9,7% ВВП и 1,2 п.п. прироста. В трудные времена розничный товарооборот падал вместе с покупательной способностью публики и стремительно рос по мере увеличения ее доходов.

Теперь розничный товарооборот тоже растет. Но за прошлый год выручка организаций торговли выросла на 14,3%, а затраты – на 16,5%. В результате прибыль от реализации сократилась на 41,5%, рентабельность продаж упала вдвое – с 3 до 1,5%, количество убыточных организаций выросло на 22,1%, а сумма их чистого убытка – в 1,83 раза. Чистая прибыль поддерживается в основном за счет курсовых разниц и всяческих бухгалтерских ухищрений. В этом году ситуация продолжает ухудшаться: по итогам 4-з месяцев прибыль от реализации сократилась на 26,6% к январю-апрелю 2023 г., а рентабельность продаж составила всего 1,4%.

Сокращение доходов отразилось на заработках. Хотя общая тенденция роста зарплат не обошла ритейл, здесь номинальная начисленная зарплата в прошлом году выросла на 15,3%, что несколько меньше, чем в целом по стране (17,3%). При этом разрыв заработков в розничной торговле и среднереспубликанских вырос за год с 74,6 до 73,4%. Неудивительно, что в прошлом году соотношение численности принятых и уволенных работников в торговле упало до рекордно низкого уровня в 92%. Впрочем, в некоторых отраслях дела обстояли еще хуже, например, в сельском хозяйстве (89,6%), деревообработке (80,8%), ИТ-секторе (82,3%), и финансах (84,1%). Однако в январе-апреле тг. соотношение принятых/уволенных в торговле сократилось до 87,1%. Правда, реальная заработная плата в январе-мае тг по сравнению с прошлым годом выросла на 17,2%. Это выше среднереспубликанского уровня (13,3%) и многих отраслей, но гораздо ниже, чем в строительстве и нескольких отраслях промышленности. Так что если до кадровой катастрофы в торговле дело пока не дошло, то ее конкурентоспособность на рынке труда явно снижается.

На таком фоне рост выручки крупнейшего белорусского ритейлера – «Евроторга» за прошлый год на 12% и чистой прибыли на 78,5% (в текущих ценах) выглядит наглядной иллюстрацией перераспределения рынка в пользу сетевых монополистов. Между тем, у малых предприятий торговли чистая прибыль увеличилась за год всего на 18,6% (суммарно у опта и розницы).

Неизвестно, сколько малых предприятий розничной торговли не выдержали конкуренции, внешних и внутренних потрясений последних лет. Статистика лишь отмечает, что в розничном товарообороте удельный вес крупных организаций вырос с 65,6% в 2016 г. до 73,8% в 1-м квартале 2024 г., а малого бизнеса – сократился с 26,4% до 18,4%. В частности, доля малых организаций здесь уменьшилась в 2016 - 2023 гг. с 12,1% до 10,3%, а микроорганизаций – с 10,7% до 8,8%

Вполне возможно, что за громкими обвалами «Виталюра», «Буслика», «Острова чистоты» просто не видны не столь масштабные, но массовые разорения компаний помельче. Так, по данным Белстата число торговых объектов, принадлежащих микро- и малым организациям, сократилось с исторического максимума 23,5 тыс. в 2017 г. до 19,4 тыс. в 2023-м, в т.ч. магазинов – с 21,8 тыс. до 18,3 тыс., а их торговая площадь – с 1813,4 тыс. кв.м до 1523,6 тыс. В то же время число магазинов, принадлежащих «ипэшникам» выросло с 14,5 до 18,5 тысяч., а их торговая площадь – с 567,8 тыс. до 815,6 тыс. кв.м. Правда, позиции ИП по площадям в прошлом году сократились, но натуральный обвал наблюдался не у них, а у средних организаций.

Такая динамика может внести забавные коррективы в научно и экономически обоснованную методику целесообразности размещения и оценки приемлемости негативных последствий открытие новых торговых объектов разных форматов – если кто-то возьмется ее разрабатывать. Кстати, если такая методика появится, возможности бюрократов отфутболивать желающих открыть свое дело расширятся до необъятных пределов.

Как бы красиво не звучали призывы к тотальному равенству, условия хозяйствования для малых и крупных предприятий розничной торговли по многим аспектам не могут быть равными. Это объективная реальность, которую не исправить никакими нормативными или административными мерами. Просто у крупных сетевых структур куда больше конкурентных преимуществ. У них больше ресурсов, возможностей привлекать кредиты банков и скидки у поставщиков, получать участки под магазины и склады в стратегически выгодных местах, меньше удельные издержки, в т.ч. управленческие, транспортно-логистические, есть средства на рекламу и внедрение новых технологий. Но всего этого оказалось недостаточно, чтобы захватить нишу, освободившуюся в связи с уходом западных брендов (среди которых глобальных торговых сетей вроде Metro или Auchan не водилось). Это место без всякой борьбы заняли китайские товары и российские компании вроде «Светофора» (он же «Спутник»), «Доброцена», Fix Price, Kari, Melon Fashion Group, O’STIN, «Детского мира», Gloria Jeans, Zarina, Savage, «Спортмастер», «Твое» и прочих. Остановить их не в состоянии ни крупные местные сети, ни, тем более малый бизнес. Места недавних лидеров рынка, таких как «Буслiк» или «Остров чистоты» с комфортом осваивают восточные гости. Вряд ли у чиновников хватит духу заняться борьбой с такой экспансией. В случае чего пришельцы могут и на московские рычаги нажать. Эффективность этого инструмента наглядно показали истории с расчетами по еврооблигациям или отменой запрета на продажу российского чая.

Процесс этот идет не первый год. По данным Белстата доля белорусских частников в розничном товарообороте сократилась с 70% в 2016 г. до 64% по итогам 5 месяцев 2024 г., тогда как доля субъектов, принадлежащих иностранцам, выросла с 21,4% до 27,5%.

Предложения снизить административную нагрузку на малый бизнес, удешевить эквайринг, радикально сократить и упростить документооборот выглядели бы довольно смешно – если бы не грустные воспоминания о том, сколько лет предприниматели этого добивались, кое-чего добились и вновь потеряли. Можно только поностальгировать о лозунгах директивы № 4, или о реальных, хотя и половинчатых мерах указа № 7, обещавших либерализацию, раскрепощение и всяческое улучшение бизнес-климата. Теперь у государства иные приоритеты. К примеру, именно теперь роль накладных как важнейшего инструмента ценового контроля так возросла, что власти ни за что от них не откажутся, что бы эти бумажки ни дублировали (хотя с принятием постановления № 713 уже и не дублируют). И это лишь один, далеко не самый существенный случай.

Странно, что некоторые предприниматели еще не усвоили, что им в нынешней мобилизационной экономике отводится более чем скромная роль. Их не убедить ни административным регулированием цен, ни ужесточением уголовной ответственности, ни даже ростом штрафов и налогов. Впрочем, главные сюрпризы вразумления бизнеса еще впереди – когда придет время повышать налоги всерьез.

Попытки возобновить шаги по либерализации ведения бизнеса не менее забавны, чем апеллирование к идейно чуждому американскому или немецкому опыту. По нынешним временам за образец надо брать опыт северокорейских или экваториальногвинейских товарищей. Такие примеры скорее протопчут тропинку к сердцам регуляторов. Можно, конечно, попытаться обратить их к себе абяцанками сделать нечто социально полезное, вроде активизации обслуживания села. Но шансов на реализацию таких проектов у малого бизнеса в нынешних условиях гораздо меньше, чем у проекта «Евроопта» 5 лет назад. Кстати, тогда же указом № 345 был предоставлен солидный пакет налоговых льгот, суливших бурный расцвет сельской торговли. Но, несмотря на оптимистичные ожидания и реляции, проблема осталась. То ли льготы оказались недостаточно соблазнительными, то ли бизнесмены почему-то упустили выгодный шанс.

Прежде чем призывать к ограничению зарубежного засилья и долю торговых сетей на рынке, бизнесменам стоит призадуматься, не пожелают ли чиновники для начала восстановить в рознице долю государственной торговли, которая, после небольшого роста в 2022 г. до 9,3%, снова снизилась до 8,5%. До сих пор никакой практической пользы от периодических попыток спасти Белкоопсоюз пока не было. Но теперь замаячила идея ввести особый сбор на поддержание сельской торговли. Естественно, платить будут частники, а главным бенефициаром станет огромная коопторговская сеть, неэффективность которой до сих пор не поправили никакие меры господдержки. Решения пока нет и, возможно, не будет. Но кто поручится, что опыт «рекламного» налога не удастся столь же успешно распространить на торговлю – пока некоторые активисты бизнес-союзов пытаются рыть безнадежный подкоп под крупных и зарубежных конкурентов…

コメント


Мы в соцсетях
  • Иконка Twitter с длинной тенью
  • Иконка Google+ с длинной тенью
  • Иконка Facebook с длинной тенью
  • Иконка LinkedIn с длинной тенью
bottom of page